Алексей Рыбин, Виктор Беньковский. Ослепительные дрозды -
3 >
Улица Ленина. По улице Ленина можно идти спокойно. Особенно Володе. Его
здесь все знают. Папа к Григорьеву ездит обедать - раз в неделю уж точно. А
дом Григорьева - нумер двадцать три по Ленина - дом знатный. Об трех этажах,
сад первейший в Симбирске, да, может быть, и во всей губернии. Охрана - за
три квартала начинают машины отслеживать - куда, мол, прешь, водитель. Хорош
ли ты, водитель, или ты, водитель, чего-то злое удумал? И, ведь, чуют нутром
- злое удумал водитель, или просто в гости хозяина своего везет. И отсекают
нежелательных, тех, кто злое замыслил.
Володя видел, как они отсекают. Им палец в рот не клади. Бывает, что и
вертолеты задействуют.
Володю здесь знают. Здесь его никто не обидит. По улице Ленина он может
ходить в любое время суток беспрепятственно.
Вот, хоть бы все время ходить мимо дома Григорьева. Так нет, же! Чтобы
до гимназии добраться нужно с Ленина на улицу Красных Комиссаров свернуть.
Черт бы их взял, этих красных комиссаров.
Володя прикрыл рот ладошкой. Папа всегда ругался, если кто-то в семье
поминал черта.
Когда-то на улице Красных Комиссаров жил купец. Венедикт Ерофеев.
Первой гильдии купец, по Волге не проплыть было - по стрежени "Метеоры" идут
на подводных крыльях, экскурсии тащат. Туристический бизнес Ерофеев тоже под
себя потихоньку потащил. А вдоль берега бурлаки баржи тянут - все Венечкины,
Ерофеичи, как называли их тогда. А если чужой кто баржу свою захочет
протянуть - тут уж к Ерофееву на поклон. А Ерофеев просителя сразу к
бурлакам отправляет - "иди, мол, договаривайся, если срастется тема, тебе и
карты в руки."
А с бурлаками Ерофеевскими договариваться, все одно, что с художниками
гжелевскими. "Hand-maid, my friend, this work is very difficult, we'll think
about this. See you later", - говорили бурлаки и уходили к костру - о
сравнительных достоинствах горных велосипедов рассуждать или гайки на
скейтбордах подтягивать.
А некоторые - просто водку пили. Тоже, в некотором смысле экстремальный