Алексей Рыбин, Виктор Беньковский. Ослепительные дрозды -
54 >
Одета ли по моде, одета ли как все...
- Да... Костюмчики, конечно, подкачали... Я все не понимаю, почему им
форму по росту не подбирают? Специально, что ли?
Форменные брюки милиционеров были, мягко говоря, коротковаты. Впрочем,
это не являлось исключением из правил. Брюки любого из милиционеров,
находящихся на улицах Ленинграда в 1983 году открывали для всеобщего
обозрения милицейские лодыжки.
- И рубашки у них говенные, - сказал Ихтиандр. - Ни одна баба на мужика
в таком наряде не западет.
- Ну да - не западет. А то они все без баб?
- А кто западет - это и не баба вовсе. Это уж совсем надо быть... Не
знаю кем. Посмотри, клоуны просто. Брючки маленькие, ботиночки
бесформенные... Уроды, одно слово.
Милиционеры, подойдя к ларьку поближе ускорили шаг и, вероятно, услышав
последние слова Куйбышева, как-то оттерли Царева и нависли над Ихтиандром с
двух сторон.
- Документы! - бесцветным, но не предвещавшим ничего хорошего голосом
произнес один из них, с сержантскими погонами на болтающейся мешком голубой
рубашке. На красном лбу постового выступили капли пота, фуражка съехала на
затылок, открывая плоское, невыразительное, какое-то белесое лицо.
"Ну и рожа, - подумал Царев. - Явно, сволочь комсомольская...
Принципиальный гад. Из этих, идейных. Таких не уболтаешь... Чего им надо,
сукам?".
Куйбышев полез в карман джинсовой куртки "Ливайс" на которую с
непонятным выражением лица взирал второй постовой, хранящий молчание и
застывший в неудобной позе, слегка наклонившись вперед с руками, вытянутыми
по швам.
- Почему не на работе? - строго спросил первый, белесый, резко дернув
головой и переведя взгляд на Царева.
- Так мы это... Во вторую смену, - ответил Витя Царев, последние
полтора года официально нигде не работающий.
- Во вторую смену... Быстрее давай, - он снова уперся взглядом в
Куйбышева, который продолжал копаться в карманах.
- Товарищ сержант, - тихо сказал Ихтиандр, вытащив, наконец, из заднего