Алексей Рыбин, Виктор Беньковский. Ослепительные дрозды -
6 >
пользоваться-то ей никто толком не знал, как. А Вовчик вдруг выбрасывал руку
из кармана, махал ею перед лицом противника и, неожиданно, из ничего, из
блесток, разлетающихся аккуратной восьмеркой вокруг пальцев Керенского
возникало угрожающе, мертвенно-неподвижное лезвие "выкидухи".
Одно время, Вова об этом догадывался, у Саши и Вовы-Балайки были
какие-то общие дела. То ли с девчонками вместе в "ночное" ездили, то ли еще
что-то - Володя не спрашивал. Но потом они поссорились. Поссорились
настолько сильно, что Саша даже похвастался как-то, когда вовчикины "Жигули"
сгорели перед окнами квартиры Керенских - впрочем, может быть, и не
похвастался, а просто так сказал - "Знаем, знаем, кто тачку его спалил. И
поделом...".
Его, Володю, Керенский, вполне возможно, и не заметит. Кто ему Володя?
Мальчишка, с которого и спрашивать-то нечего. А другие? Шпана вся, что за
ним стоит? На пиво начнут денег просить. Если дашь - отметелят за то, что
мало дал. А не дашь - отметелят за то, что не дал и все равно все деньги из
карманов выскребут. Альтернативы нет.
Идти вперед? Принимать бой? Заведомо проигрышный? Бой, который
наверняка окончится позорным поражением?
Володя быстро огляделся по сторонам. Бежать некуда. Мимо дома
Григорьева - крикнуть охране - мол, я - Володя, я сын Ульянова, я тот самый
мальчик... Не успеть. Да и противно. Саша бы так не поступил. Саша попер бы
напролом. Но у Саши - кастет в кармане. У Саши руки - что Володины ноги.
Дырка в заборе. Чей это сад? Лекова? Надо же, никогда этой дырки не
видел. Правильно, я же здесь только на машине проезжал. С папой. Пойди,
заметь тут дырку в заборе.
"Мы пойдем другим путем", - неожиданно выкристаллизовалась фраза в
голове.
"Мы пойдем другим путем"!
Керенский ехидно улыбнулся и двинулся к Володе.
- Слышь, ты, пацан, ты, короче, иди сюда...
Володя не дослушал Керенского. Пусть тешит себя гопник надеждой на