Алексей Рыбин, Виктор Беньковский. Ослепительные дрозды -
62 >
вытащил из внутреннего кармана школьного пиджака пачку "Шипки", мельком
посмотрел на свои ноги и выронил зажженную спичку.
Роскошные "клеши" повторили ту же пакость, что и старые школьные
брючки. Левая штанина уехала наверх, до неприличия обнажив голень. Мало
того, на фоне развевающегося суконного "колокола" голень Куйбышева являла
собой зрелище не то, чтобы смешное, а просто жалкое. Она была тонкой,
бледной, хилой - не нога, а просто рудимент какой-то, отмирающий за
ненадобностью орган.
Игорь комплексовал до тех пор, пока не купил свои первые джинсы.
Американская рабочая одежда преобразила его чудесным образом - длинные не по
размеру штанины можно было подвернуть, выровнять их длину и физический
недостаток Куйбышева, испортивший ему столько крови и, к слову сказать,
заметно снизивший успеваемость ученика, недостаток этот для окружающих
перестал существовать.
Но Куйбышев, в свою очередь, не перестал завидовать ладным мужчинам в
хороших пиджаках и брюках. Игорь продолжал лелеять тайную мечту
когда-нибудь, как-нибудь, неким чудесным образом раздобыть себе такой
костюм, надев который не нужно будет засовывать левую руку в брючный карман
и тянуть его вниз, чтобы хоть как-то выправить положение, чтобы не выглядеть
уродом, чтобы не казаться нелепым "совком".
А тут - на тебе - Васька Леков, который не признавал другой одежды
кроме футболок, потертых джинсов и старых, разношенных кед, вдруг этот самый
хиппан Леков, отрицавший все, что так или иначе связано с истеблишментом и
костюмы в том числе - вдруг он наряжен как какой-нибудь инструктор районного
комитета комсомола.
- Ну ты дал, - покачал головой Царев. - Откуда такой?
- Меняю имидж, - Леков хитро усмехнулся, при этом его широкое, красивое
лицо покрылось сеточкой мелких морщин. Царев, считавшийся близким приятелем
Лекова всегда удивлялся тому, как это молодое, пышущее здоровьем лицо Васьки
вдруг, мгновенно, может приобрести совершенно старческое выражение,