Алексей Рыбин, Виктор Беньковский. Ослепительные дрозды -
99 >
Лечись потом.
Поэтому и повел он Сулю путем дальним - через оркестровую яму, по
винтовой лесенке вниз, в подвальный коридор, вдоль стен которого тянулись
всегда по-домашнему теплые трубы непонятного предназначения. Они выходили из
одной стены и уходили в другую. Какую субстанцию они перегоняли, что
символизировали, в чем было их предназначение не знал никто. Ни сантехники,
ни газовщики, ни представители ЖЭКа.
Трубы эти, как говорил Мите сторож Дома Народного Творчества, в здании
которого и базировался Рок-клуб, пребывали здесь еще до постройки,
собственно, Дома Народного творчества. Лежали на земле. Теплые на ощупь,
обернутые серыми листами асбеста, магнетически-притягательные. А вокруг -
НЭП, военный там коммунизм, флаги кумачевые. И вообще, с каждым днем жить
становилось все лучше, все веселее.
И вот от этой-то удали безысходной, от обреченной радости и общей
неустроенности, в пылу трудового энтузиазма и выстроили вокруг теплых труб
здание невнятного цвета.
Ну, конечно - мир хижинам - война дворцам.
Дворцы-то частью поломали. А хижины строить - западло. Да и некогда.
Мировой революцией заниматься нужно. Лично лев перманентной революции, Лев
Давидович поход возглавить грозится.
А трубы, теплые, уютные, идущие из пошлого прошлого в безумное будущее,
из никуда в никуда - под ногами. Среди битого кирпича. В трубах время
журчит. И все о них спотыкаются. И красноармейцы спотыкаются, и недобитые
буржуи спотыкаются, и товарищи спотыкаются. Р-раз - и споткнулись.
Уравнивали загадочные трубы классовую принадлежность граждан.
И дошел слух о трубах лично до товарища Вавилова.
Вот, в один прекрасный день, через седмицу после дня рождения Карла
Маркса и приехал товарищ Вавилов.
Походил-походил, споткнулся, за маузер схватился нервно. А потом как
рявкнет. Что-то про р-рок. И про клуб.
Что за р-рок-клуб? А спросить боязно.
Вот на всякий случай и решили выстроить Дворец Народного Творчества. От