Алексей Рыбин. Фирма -
14 >
еженедельного обзора музыкальной жизни города или для колонки культурных
новостей, он всегда мог сунуть пару новостей из "дела Гурьева". Яша любил
так строить свою работу, чтобы в его компьютере всегда имелась пара-тройка
запасных статей или хотя бы набросков, которые можно сунуть в неожиданно
образовавшуюся "дыру", когда сроки подходят, а материала для газеты нет,
хоть ты тресни.
Отчасти поэтому и ценился Яша Куманский в каждом из изданий, с которыми
он сотрудничал, - начальство любило его безотказность и обязательность.
Куманский никогда никого не подводил, и ни разу по его вине не
образовывались в газете пустоты, которые нужно было заполнять спешно
высасываемым из редакторского пальца материалом.
Называя себя "ньюсмейкером", Куманский прочитывал это слово буквально.
Он не считал, что успеть написать первым о каком-то интересном событии -
такая уж большая заслуга журналиста. Это, как он полагал, его прямая
обязанность. А вот сделать новость, то есть организовать событие самому и
заставить его развиваться так, как будто оно произошло спонтанно, писать о
нем со стороны - это было для Куманского признаком настоящего мастерства.
Перестроечные телеинсценировки Невзорова с профессиональной точки
зрения не вызывали у него большого восторга. Это были всего лишь спектакли.
Куманский же делал саму жизнь, он не строил декораций и не выбирал ракурс,
при котором были бы не видны фигуры зрителей, он моделировал реальные
ситуации, и в них не было места актерской игре. Для всего этого, конечно,
больше подходило название "провокация", но Яша не задумывался о терминах,
ему был важен результат.
Вот и историю спасения Гурьева из тюрьмы раздул именно он. Подписные
листы, громкие имена адвокатов, даже небольшая демонстрация творческой
интеллигенции, закончившаяся двухдневным пикетом у здания мэрии, - все это
было умело спровоцировано одним человеком, о чем никто, конечно, даже не