Алексей Рыбин. Фирма -
17 >
Митя распахнул дверь, и на пороге возник Гена Корнеев -
пятидесятилетний полный мужчина с лоснящимися залысинами, с маленькими
глазками, прячущимися за густыми, необычно богатыми для лысеющего человека
бровями, в вечно мятом дешевом костюме. Он источал привычный тошнотворный
аромат - смесь запахов давно не мытого тела и дорогого одеколона.
- Здорово, Гена, - весело, мгновенно переключившись с раздражения на
панибратскую приветливость, крикнул Борис Дмитриевич. - Как сам-то? Цел?
- А что мне сделается? - пробурчал Гена, отдуваясь и вытирая пот со
лба.
- Да, нам, старым волкам, конечно, все нипочем, - согласно кивнул Борис
Дмитриевич. - Долго вчера веселились?
- Да так... Средне.
- А-а... Я-то думал - по полной программе. Вы так весело уезжали -
просто как в старые времена.
- Ребята гуляли, - сказал Корнеев. - Я так, влегкую... Литр принял и в
койку.
- А девушки? Что, игнорировал, что ли?
- Да ну их в жопу, - пропыхтел Корнеев. - Что я, пацан? Мне бы
полежать, отдохнуть... Ребята вроде сняли каких-то... Я даже не смотрел.
- Да ладно тебе, "не смотрел". Знаю я, как ты не смотришь. Как полицай
прямо, пасешь своих малых, говорят, даже в сортир с ними ходишь.
- Ага. И над горшком держу. Давай к делу, что ли, Боря?
- Ну, к делу, так к делу.
Гольцман сел за стол, придвинул к себе дешевенький калькулятор, потыкал
пальцем в клавиши, что-то написал на подвернувшейся бумажке.
- Смотри, Гена. Мы договаривались на пятерку, так?
- Ну. - Корнеев насупился, предвидя неожиданный торг...
Вчерашний концерт во дворце спорта "Юбилейный" должен был, по расчетам
Корнеева, принести ему не меньше семи тысяч долларов. Времена нынче тяжелые.
Августовский кризис хоть и случился аж два года тому как, а до сих пор
аукается. Раньше за такое мероприятие меньше двенадцати тысяч и просить было
смешно. Тем более что группа, менеджером, продюсером и директором которой