Алексей Рыбин. Фирма -
22 >
выбранного пути и порадовался, что не влез до сих пор ни в какие сферы
бизнеса, связанные с торговлей чем бы то ни было - кассетами, машинами,
водкой... Единственный товар, который казался ему безопасным в работе и до
сих пор таковым являлся, были люди. Живые артисты. "Живое мясо", как он
иногда говорил в шутку, пересекая границу, скажем, Украины.
- Что везете? - спрашивали его борзые хохлы-таможенники в явной надежде
сорвать с русского бизнесмена хотя бы сотню баксов.
- Живое мясо, - отвечал улыбающийся Корнеев...
Сегодня похмелье мучило его сильнее, чем бывало обычно после
ежевечерней дозы.
"Должно быть, давление скачет", - думал Корнеев, разглядывая лицо
Бориса Дмитриевича и одновременно пытаясь предугадать, какой каверзы можно
ждать от этого выжиги.
- На пятерку, значит, - повторил Гольцман. - Знаешь, Гена, такое
дело...
- Ну что там? Какое еще дело? - пропыхтел Корнеев. - Давай, Боря,
решать вопрос. Нам улетать сегодня.
- Да...
- Что, проблемы какие-то?
- Да нет, Гена... Собственно... Понимаешь, там, в зале, кресла
покрушили...
- Ну и что? Я здесь при чем?
- Знаешь, Гена, я думаю, нам с тобой надо разделить расходы.
- С какого хрена? Твоя работа - охрану обеспечить. Ты же вбил стоимость
охраны, значит, с ними и разбирайся. Раз они не уследили - это не мои
проблемы.
- Это-то понятно. Но тут еще по билетам...
- А что - по билетам? Там же аншлаг был. Я ведь сидел за кулисами, в
зал выходил. Все видел. Ты что, Боря, хочешь сказать? Что денег нет? Так я
понимаю? К чему все эти прелюдии?
- Да нет, что ты, старик, есть деньги, есть. Только мне кажется, нам
все-таки нужно как-то договориться.
- Я не понял? Ты платишь бабки группе или нет?
Борис Дмитриевич встал и подошел к сейфу.
- Вот твои бабки, Гена. Ты меня совсем уже за лоха держишь, я не пойму?
- Да нет, что ты... - Увидев на столе пачку зеленых купюр, Корнеев