Алексей Рыбин. Фирма -
34 >
покрасней еще.
- Слушай, Оль, ну не время сейчас.
Телефонный звонок не дал Ольге ответить.
Она поморщилась и лениво направилась в коридор, к висящему на стене
дешевенькому рублевому аппарату, убогость которого была подчеркнута
расколотым и трудно проворачивающимся диском.
"Во как звезда жила, - еще раз подумал Митя. - Врагу не пожелаешь".
- Да, - услышал он Олин голос. - Да... Я... В курсе, конечно. Ну да...
Держусь... Спасибо, Борис Дмитриевич... Да. Я телефон отключаю. Да. Хорошо.
Спасибо вам...
Оля брякнула трубкой и снова вышла на кухню.
- Твой звонил. - Она посмотрела на Матвеева.
- Мой?
- Ну да. Гольцман.
- И чего?
- А ничего. Соболезнования выражает.
- Больше ничего не сказал?
- А что он еще должен был сказать?
- Ну, не знаю. Мало ли? Он мужик с двойным дном.
- О господи, мне сейчас настолько на все это наплевать, Митя. На
двойное дно, на все ваши игры.
- Я понимаю.
- Ничего ты не понимаешь. Ни-че-го. - Оля по слогам произнесла
последнее слово и опять схватилась за бутылку.
- Митя... - После новой дозы ее голос потеплел. - Митя, если что,
сходишь еще?
- Схожу. А надо? Думаешь, стоит?
- Стоит, стоит. У меня сегодня такой день...
- Да, - покачал головой Матвеев, не зная, что сказать.
- "Да", "да", заладил! Пей давай. Дурачок ты, Митя. - Оля первый раз за
всю беседу улыбнулась. - Дурачок. Не понимаешь... Я сегодня свою свободу
встречаю. Понял? Свободу! Я же сама хотела с собой покончить. Так он меня
достал.
Митя слушал Стадникову с возрастающим удивлением.
- Так достал, - продолжала Ольга, - так достал... Сил моих больше не
было. Я уже и в самом деле думала - все, жизнь кончена. Вот в этот раз он
уехал - я же без копейки осталась. Все пять штук, что он от вас получил...
он мне их только показал и сразу дури накупил. Еще хвастался - во, говорил,
сколько. Надолго теперь. Теперь, говорил, буду жить без забот. Только руку,