Алексей Рыбин. Фирма -
43 >
знаю, наитие какое-то, что ли? Подошла, дверь дернула - заперто. И дым. Ну,
я в крик.
- Дверь ломала?
- Нет. Он открыл. Он же трус. Когда понял, что жареным пахнет, почти
что в буквальном смысле, - Ольга хмыкнула, - тогда сам открыл. А на полу уже
по полной схеме - пионерский костер. Паркет занялся, обои тлеют на стенах,
потолок весь черный.
- Пожарных звали?
- Ну да! Какие там пожарные? Сама затушила. Он начал вопить, чтобы я не
звонила, иначе его в дурку сдадут. А он не хочет, он, мол, там не выдержит.
Вот такая у нас жизнь веселая была. Ну, я и осталась. Как-то само собой все
вышло. Пока мыли-чистили, выпили еще... Я, понятное дело, в магазин сбегала.
И осталась.
- Ладно, хватит о нем. Нет его уже. Все кончилось.
- Да.
Ольга посмотрела на очередную опустевшую бутылку.
- Мить!..
- Что?
- Может, останешься у меня сегодня, а? Мне что-то страшно одной.
- Хорошо. Останусь. Сейчас только в магазин сгоняю...
- Это дело. Давай только быстрее, а? Не могу я тут одна. Боюсь этой
квартиры. Приходи быстрее.
"Вот и чудненько, что ты квартиры боишься, - думал Матвеев, сбегая по
ступенькам парадной. - Вот и прекрасно, что боишься этой квартиры. Вот и
славненько. Считай, половину работы я уже сегодня сделал. Хотя какую, к
черту, половину. Это только начало. Самое главное впереди. Еще тело привезут
- вот мороки-то, с ума сойдешь. Морги, кладбища... Тоска смертная. Ладно,
управимся. Дня в три хорошо бы все дело закончить. Ненавижу возню с
трупами".
Выбежав из парадного на улицу, Митя вытащил радиотелефон и набрал номер
Гольцмана.
- Борис Дмитриевич? Это я. Все нормально. Водку пьем. Дела? Я сегодня
здесь ночую. Да нет, все хорошо, все... Ну нет, я еще впрямую не говорил,
но, думаю, все будет нормально. Что? Не думать? Хорошо, Борис Дмитриевич,
понял вас. Все сделаем чисто, как в аптеке. Как доктор прописал.
Шурику было пятьдесят лет, но выглядел он значительно моложе. И не