Юлиан Семенов. Приказано выжить -
2 >
был предан, как пес. Особенно любил сына группенфюрера, Фрица; несмотря на
запрет отца, подвозил мальчика из школы домой; ежемесячно отправлялся к
себе в деревню и привозил оттуда с фермы отца отборные, истинно
деревенские окорока для Мюллера.
...Два месяца назад на прием к группенфюреру записался начальник
районного отделения гестапо, которое вело школу, где учился Фриц, и
положил на стол рапорт осведомителя, внедренного в учительский коллектив,
о том, что Фриц, сломав карманную расческу, сунул ее под нос, смахнул
челку на лоб и, став похожим на американского ублюдка Чаплина,
изобразившего фюрера в клеветническом фильме "Диктатор", начал выкрикивать
голосом Гитлера святые для любого национал-социалиста лозунги: "Каждый
немец имеет право на землю!", "Каждый ариец будет обеспечен работой!",
"Каждый подданный великой римской империи германской нации самый
счастливый человек в мире и готов защищать свою свободу до последней капли
крови!". Однако Фриц Мюллер ко всем этим святым лозунгам сделал
комментарии: к первому - "в количестве одного метра на кладбище!", ко
второму - "в лучшем концлагере!", к третьему - "а если откажется, то мы
его быстренько повесим на столбе!".
Начальник районного отделения был молодым еще человеком, не до конца
искушенным в законах о б щ е н и я, принятых ныне в Германии. Поэтому он
наивно решил, что информация, напечатанная в одном экземпляре (он
подчеркнул это в самом начале своего доклада), не может не помочь ему в
стремительном продвижении вверх по служебной лестнице.
- Спасибо, дружище, - сказал Мюллер, почувствовав, как похолодели
кончики пальцев и п р и ж а л о в солнечном сплетении. - Вы поступили
как настоящий товарищ по партии... Другой бы решил - из уважения ко мне -
убрать осведомителя, а рапорт его сжечь, все шито-крыто, концы в воду...
Но ведь это значило бы загнать болезнь вовнутрь; неизвестно, что выкинет
молодой сукин сын, разбаловавшийся в доме отца, отдающего все свое время