Юлиан Семенов. Приказано выжить -
7 >
владел такого рода информацией, как он и его штаб; ни одна разведка,
включая Шелленберга, сосредоточившегося в основном на политических, то
есть сиюминутных интригах, не знала того, что знал Гелен; бригадефюрер
забыл или, возможно, не понял, что настоящая разведка закладывает мины
замедленного действия в п р о к, на многие годы вперед; впрочем, ему можно
было сострадать - он работал под Гиммлером, который торопился доложить
фюреру очередной у с п е х; армия рейха, однако, жила по закону резерва:
даже во время победы надобно думать о возможных поражениях и загодя
готовить реванш, контратаку, новый сокрушительный удар...
- Вас могут неверно понять, генерал, - сказал Мюллер. - Я и приехал
для того, чтобы решить этот вопрос миром.
Гелен покачал головой:
- Группенфюрер, не обольщайтесь: сейчас у Гитлера лишь одна надежда -
мы, армия. Вы были самым грозным институтом рейха еще год назад, даже
полгода. Теперь вы не можете без нас н и ч е г о. Теперь меня не отдадут
вам. Я не боюсь вас более.
- Ну-ну, - сказал Мюллер. - Это вы молодец. Люблю храбрецов. Это у
меня с детства - сам-то был трусом, именно трусы и льнут к тайной полиции
- реальное могущество, чего там, власть над другими... Только срочно
отправьте в Тюрингию, на вашу виллу, к жене и детям пару взводов солдат,
пусть охраняют вашу семью как зеницу ока: сейчас время страшное, удары в
первую голову обрушиваются на несчастных женщин и детей...
Сказав так, Мюллер медленно, тяжело поднялся и пошел к двери.
- Вы с ума сошли! - воскликнул Гелен. - Вы сошли с ума! Вернитесь!
Мюллер послушно повернулся, снова сел в кресло - теперь уже увесисто,
по-хозяйски, - миролюбиво заметил:
- Хоть бы кофе предложили, право.
Гелен совладал с собою, ответил:
- Я угощу вас кофе, но вам бы тоже не грех посадить в свою квартиру
наряд эсэсовцев. У вас ведь тоже семья, жена и сын, не так ли?
- Была, - ответил Мюллер. - Сын погиб на восточном фронте, а женою я